Я всегда торопилась жить. С детских лет старалась сделать больше и лучше других, уж если картину  нарисовать, так обязательно в  стиле Моне и с церетельевским размахом.  Школу закончить, так  на пару лет раньше и с отличием, в университет поступить – так на бюджет и на самый престижный факультет. Ну и конечно, быть самой красивой, сильной, умной и желанной – куда уж без этого. Все шло и получалось, и престижная работа на телевидении, и внимание весьма состоятельных мужчин, и студенческая круговерть и перспективы, от которых кружилась голова…

Однако, после очередного приступа головокружения, всегда списываемого на недосып, и общую усталость, и маминого «волшебного пенделя» в своем плотном рабочем я графике, я отыскала минутку, которая изменила жизнь – на смерть. Банальный, самый что ни на есть обычный, анализ крови показал – подозрение на «рак». Потянулись долгие дни, и еще более долгие ночи: анализы, исследования, консультации врачей. Мир рухнул, время остановилось, я ждала! Это были самые страшные часы и дни, когда неизвестность не давала возможности к деятельности. Полное ощущение, потери контроля над собой и над своей жизнью, страх непознанного, и слезы неверия, что это происходит со мной.

Из  кошмара меня вытянули слова доктора – «у тебя лучшее из худшего, лимфогранулематоз, злокачественное образование лимфоидной ткани, но это лечится!» В свои 18 лет, осмыслив этот диагноз, я рыдала…от счастья! Я знала врага, знала, что он победим, я знала с кем сражаться.

Перелом наступил, прошел страх. Я приняла изменившуюся ситуация и на протяжении всего года болезни старалась подчинить ее себе, а не просила сепаратного мира. Я держала руку на пульсе своего состояния, препаратов, что мне давали, анализов после каждого курса. Мой лечащий врач оказалась очень чутким и умным человеком, если от других пациентов истории болезни прятались под замок, в мою, я всегда могла заглянуть и спросить, если что-то недопонимала.

Не  скажу, что было просто, были и слезы, и мысли – «почему все это происходит именно со мной», но вот уже по прошествии многих лет, я не могу сказать, что это было ужасное время. Да, оно было сложным, вырванным из привычной жизни, но я помню, как мы смеялись с девчонками, несмотря на то, что лежим в палате онкодиспансера, под капельницами, радовались от всего сердца за тех, чье лечение закончено и строили планы на будущее.

Прошло  уже 6 лет. После лечения осталась привычка периодически щупать шею, и  с удовольствием не находить на ней  лимфоузлов.  Проходить раз в год полное обследование, и с результатами с пометкой «без особенностей» приходить к своему врачу, которая радуется твоему здоровью, не меньше тебя. И полное понимание того, что жизнь изменчива, и горевать или впадать в депрессию от ее вывертов, дело упадническое. Нужно жить в любую минуту, просто принимая положения дел, и исходя из ситуации, стараться выкарабкаться наверх.

Жизнь после болезни совсем другая нежели «до».  Сегодня я стараюсь прожить  с чувством каждую минуту, не загоняя  себя в угол ненужными лично мне амбициями. В состоянии здравия удовольствие можно получать просто от того, что ты есть, ты существуешь, дышишь, ешь, любишь.